<<На главную сайта

БИБЛИОТЕКА
ЗАВТРАШНЕЙ
КНИГИ

 
<<Что такое студия «Корчак»?

Михаил Польский
(Зиновий Каменев)

ОГЛАВЛЕНИЕ АВТОРА
Стихи последних дней

СБОРНИК  "ЖИЗНЬ ОДНА (1988-2003)"
Новые стихотворения, появившиеся после сборника
Переводы из Ури Цви Гринберга
Переводы из Аделины Кляйн
ПЕРЕВОДЫ С ИВРИТА ДЛЯ ДЕТЕЙ
Переводы с русского на иврит
Страница Михаила Польского на сайте Стихи.ру

Напишите автору!

К оглавлению раздела "Библиотека завтрашней книги"


ЖИЗНЬ ОДНА*
стихотворения 1988-2003
 

  Часть 1.  Зиновий Каменев ИСПОВЕДЬ ПОЭТА-СПЕКУЛЯНТА

Светлой памяти моей жены
Лидии Фёдоровны Польской

Подборка стихов Зиновия Каменева из машинописного самиздата, оглашавшегося и     продававшегося автором в Москве на Арбате в 1988-91 годах.

ОГЛАВЛЕНИЕ

- Исповедь поэта-спекулянта
- Злопыхалки
- Спасите Арбат!
- Рублёвые стихи
- Универсам
- Армения болит!
- Стихи на день рождения
и исключения из КПСС
Михаила Польского,
худрука ДК МТИ

- Александру П.
- Портрет – 2
- Причуды времени
- Моисей
- Здравствуй, свобода!
- О, Родина...
- P.S.

Исповедь поэта-спекулянта

Стране во вред, себе во благо
Я бизнес новый учинил.
Я спекулирую бумагой,
Которой не производил.

Я спекулирую словами
Бесплатными – беру подряд,
И алфавитными значками,
На коих цены не стоят.

Когда на улицах московских
В толпу стихи свои кричу,
Мои слова разносит воздух,
Но я за воздух не плачу.

Приказы новые белеют
На всех фасадах, и опять
Я на приказах руки грею:
«Не сметь!», «Не думать!», «Не мечтать!».

В России жить – вредить здоровью.
Здесь все в крови или в говне.
Я спекулирую любовью
К родной истерзанной стране.

Мне говорят: А сам-то, сам-то?
Ты что, ни в чём не виноват?
Я спекулирую талантом,
А он от Господа, талант.

И я его не зарываю.
Боясь и не боясь греха,
Я боль свою переплавляю
В литое золото стиха.

И как бы Трусов* ни ярился
И ни молился топору –
Как спекулянтом я родился,
Так спекулянтом и умру!

*Трусов – в те времена глава администрации
Киевского района Москвы, которому принадлежал Арбат

 

К оглавлению

Злопыхалки

Разгону мирной демонстрации
Демократического Союза
на Пушкинской площади
21 августа 1988 г.
посвящается


1

Наша РСФСР –
всем республикам пример:
из Советского Союза
вышла РСФСР.

Дом райкома – се ля ви –
Превратился в дом любви.
Новый лозунг на райкоме:
«Перестройся и живи!».

Демократия у нас
Зарождается сейчас.
Наконец-то мы достроим
Коммунизм на этот раз!

Демократия у нас
Зарождается сейчас.
Наконец-то мы догоним
СэШэА на этот раз!

Мистер Твистер в ССР
Строит новый Англетер,
Начиная производство
Балалаек и гетер.

Мы сегодня можем вслух
Говорить о пользе мух.
Человек всету живому
Друг, товарищ и пастух.

Прицепилась как оса
Рифма с хвостиком «АСА».
Много гласности повсюду,
Но пропала колбаса.

Мяса нету потому –
Кобелей разводим тьму.
Бей Герасимов, ребята,
Хочешь жрать – топи Му-му!

Разудалый рекетир
Грабануть решил сортир,
Но одумался. В сортире
Написали «Миру-мир!».

Мы теперь вина не пьём,
Перестроившись живём.
Тот, кто был когда-то калом,
Стал воистину говном.

Там, где вывески горят,
ДНД идёт наряд,
И, его увидев,-«Шухер!»-
Мафиози говорят.

Наши девки по ночам
Так и лезут к фирмачам.
Получать за труд валютой
Многим хочется блядям.

Внуку дедушка твердит:
«Негодяям страшен СПИД.
У меня же эта тема
Лет пятнадцать не стоит».

Старикам не нужен яд,
Нас они не объедят:
В государственном собесе
Родя с Германном сидят.

Хлеб из импортной муки –
Драгоценные куски.
Ты, жуя свою валюту,
Не подавишься с тоски?

В нашей бане городской
«Честь труду!» висит в парной.
Здешний банщик в Монтэ-Карло
Свой проводит выходной.

Поворотом русских рек
В Минводхозе правит грек.
Не способен реку раком
Ставить русский человек.

Управлять, но не владеть
Тоже надобно уметь.
От подобного уменья
Впору Лазаря запеть.

До свиданья, коллектив!
Я иду в коператив,
Чтоб создать в коперативе
Партъячейку и актив.

Из-за мыла, братцы, стыд
Бастовать, коль зад прикрыт.
Посмотри на папуаса –
Ходит чёрный и молчит.

К пролетариям всех стран
С новым лозунгом Иван:
«Дураки, обогащайтесь!»,
а в ответ: «Молчи, болван!»

К демократии младой
Липнет опер с бородой.
Все кричат на свадьбе: «Горько!
Слава партии родной!»

На газоне хиппи спал.
Старикан мента позвал.
Сколько ж он людей, собака,
На махру переменял!

Оболваненных ребят
Напустили на Арбат,
Дали нам свободу слова
И дубинки говорят!

Летом снег уже идёт.
Тот, кто пил, уже не пьёт.
В играх партии с народом
Победил уже народ.

2

Комсомолец-неформал
На заутрене стоял.
Комсомольское влиянье
На приход распространял.

Хвост из тысячи людей
Через площадь в Мавзолей.
С дефицитом мавзолеев
Связан рост очередей.

Рассекретили «отца» -
Увидали подлеца.
Рассекретим же и прочих,
Засекретивших Творца!

«Лучше смерть, чем красным быть.»
Что на это возразить?
Лучше быть живым, чем красным!
Не пора ли флаг отмыть?!

3

Среди бывших молчунов
Стало много болтунов,
Все шпионы обнаглели.
Не пора ли бить жидов?

Как история гласит,
К. Прутков не был а ид.
Запишись, Зиновий, гоем,
Несмотря на внешний вид.

Назовём простудой рак,
Светом – мрак, шедевром – брак,
Амнезию словом «Память»,
Несогласных словом «враг».

4

Дядя Стёпа, твою мать,
Не пора ли меру знать?
Гимн Советского Союза
Сколько можно исправлять?!

В Ереване и Баку
Нам кричат «мерси боку!».
Кто любил коньяк армянский,
Глушит «Красную Москву».

Ты в Афган с ногами влез,
Из Афгана едешь без,
Потому что танк построить
Легче, нежели протез.

Мы запутались опять:
Как себя именовать?
Всем известно: «советяне»,
Только что-то не слыхать...

5

Как предвидел мудрый вождь,
все признали нашу мощь.
Как в глаза нам ни плевали,
Мы кричали – это дождь!

Запад весело живёт,
Нам заглядывая в рот,
Достижения Советов
Обращая в анекдот.

Господин, месье и сэр,
Посетите ССР!
Оплатите нам валютой
Исторический пример!

Водке нас не задушить,
СПИД сумеем пережить,
Но от подлости и страха
Где вакцину раздобыть?

Взбаломученная муть
Затемнить не может суть:
То, что начато Батыем
Горбачёву не свернуть.

Утвердилась на века
Власть кнута и кулака.
Нам нужна теперь на пряник
Заграничеая мука.

Любим стаями ходить,
Этих славить, тех давить...
Господи, прости Россию!
Чем же нас остановить?

Веры нет – свободы нет.
Перестанем или нет
Загонять живых в могилу,
А покойников на свет?

Мы прошли огонь и мор,
Щучий суд и приговор...
Господи, за что России
Вечной юности позор?!

Август 1988 – август 1989
 

К оглавлению

Спасите Арбат!

Арбат притих. Какое лихо
Переживает вся страна?
Давно ли на Арбате тихо?
Мы в трауре? У нас война?

Арбат, Арбат, ты стал примером
на всю страну один пока...

На помощь милиционерам
Сегодня брошены войска.

Смотрите, у своей картины
Стоит художник-инвалид,
А рядом с чёрною дубиной
Внучёк-спецназовец стоит.

Вы подошли. Вам деда жалко.
Вы оценили скромный труд,
Достали деньги... Только тут
Резиновая вторглась палка.

- Нельзя!

У деда справки нет,
что он художник из союза.
Где разрешенье? Где патент?

Вспотел калека от конфуза,
И вам вручает полотно:
- Дарю! – с берёзкою и тучей...

Пусть будет памяткою жгучей
Позора нашего оно!

Дрожи от страха, мир преступный!
Мы слышим партии наказ:
Мы давим тех, кто нам доступны,
Пока не задавили нас.

Какая надобность в спецназе?
Каких отлавливать врагов?
Но вот в чиновничьем экстазе
По головам из грязи в князи
Попёрли Трусов* и Зайков*.

Доколе ж рабская порода
Нас будет в стойла загонять?

Сегодня по знакомым нотам
Идёт война, война с народом.

Арбат убить – что храм взорвать!

*Трусов – председатель райисполкома
Киевского района Москвы.

*Зайков – глава московской городской
организации КПСС

20.09.1989

 

К оглавлению

Рублёвые стихи

А. П.
1

Нам сегодня чем гордиться?
Что гостей пленяет взгляд?
Посреди родной столицы
Вьётся улица Арбат.

Можно, братцы, перебиться
без вина и сигарет,
рафинада и конфет,
и почти совсем не мыться,
и не бриться, и как прежде
дни свои влачить в надежде
сердце Родины моей
посетить с мешком рублей.

2

На Арбате – красота!
Тишина. Тому причина –
Дням застойным не чета –
Милицейская дубина.

И уже вам не до смеха,
Недалёко до греха:
Почему же нету меха,
Где написано «Меха»?

А в табачном магазине
Продавец худой очкарик
По указанной причине
У меня стрельнул чинарик.

Для чего же магазины?
На кого валить грехи?
Но смотрите – у витрины
Саша выложил стихи.

3.

..........................................

4.

Курс рубля – мы знаем сами –
это курс на коммунизм.
Гарантирует штыками
большевизм-горбачевизм.

Нам за вечные мытарства
что с родной Отчизны взять?
Не способно государство
достояние раздать.

Чей народ изведал столько?
Волги крови пролились.
Чем заплатят нам за стройки,
на которых губим жизнь?!

Эту правду как монету
получи и отвали.
Деньги есть - но мяса нету.
Гласность есть - но чести нету.
Так пускай идут по свету
наши вирши за рубли.

Мы с тобою грянем хором
серебристым лёгким слогом
в уши Борям и Егорам,
всем великим и убогим:

«Деньги русские – не сахар,
и не мыло, и не вата...
так меняйте же их, нахер,
на поэзию Арбата!».

19.11.1989.
 

К оглавлению

Универсам

«В воскресный день с сестрой моей
Мы вышли со двора...»
С.Маршак.

Баллада

В субботу с папою моим
Мы вышли не гулять –
Сходить в ближайший магазин
Нас попросила мать.

Вот мы по улице идём
И входим наконец
В большой красивый новый дом
Похожий на дворец.

Он стёклами своих витрин
Подмигивает нам.
Огромный этот магазин
Зовут «Универсам».

Здесь время наше берегут –
Таков у них закон,
Любому хватит двух минут
Купить и выйти вон.

Но что мы видим? Люди в ряд –
Какой унылый вид.
Стоит учёный и солдат,
Спортсмен и инвалид.

Рабочий смотрит на часы
И матерится зло.
Висит плакат, что колбасы
Дают по полкило.

Вдруг впереди волненье, шум,
Людской смешался строй.
Все дружно ринулись на штурм
Контейнера с мукой.

Бока намяли от души,
Пинали, как овец...
За что нас мучают, скажи,
поведай мне отец.

Ты честно ходишь на завод,
А я в четвёртый класс.
За что же Родина нас бьёт,
За что не любит нас?!

Отец взглянул на потолок,
Вздохнул и произнёс:
- Я так скажу тебе, сынок,
нелёгок твой вопрос.

Враньём и страхом много лет
жила у нас страна.
Там мало значит человек,
Где правит сатана.

Где подлость – сила, сила – смерть,
Где душит жизнь закон,
Где без конца грохочет медь
И заглушает стон.

Отчизна – человеку мать.
У нас Отчизна – бог.
Нас заставляют восхвалять
Её за каждый вдох.

За мой завод, за школьный класс,
За свет и за тепло,
За то, что, может быть, сейчас
Дадут муки кило.

Сизиф жестоко был казним
Бессмысленным трудом.
Мы как сизифы жизнь влачим,
Покуда не умрём.

Трудясь киркой ли, головой,
За совесть или страх,
Все люди, как и мы с тобой
Стоят в очередях.

Здесь довелось изведать нам
Безбожия кошмар.
Здесь храмом стал универсам,
Божком любой товар.

Мы пешки в дьявольской игре,
Чего-то вечно ждём,
Когда на адском алтаре
Сжигают день за днём

Дни нашей жизни!..

- Папа, стой!!
Тоска меня берёт.
Но как же быть, скажи, родной,
И что нас дальше ждёт?

- Я верил в лучшее всегда,
Я шёл на дальний свет.
Вела нас лживая звезда,
Которой больше нет.

Что будет завтра? Будет мрак
Всё гуще, всё черней,
И будет править нами страх
И кучка палачей.

- Ах, папа, папа, стыд какой...
мы наломали дров...
Но выход есть такой простой –
Побольше шоферов!

Стоит здесь тысяча дюдей
За нищенским куском.
Их надо отпустить скорей,
У них работа, дом.

С заводов прямо и с полей –
Зима или жара –
Всё то, что нужно для людей,
Доставят шофера.

Шофёром стану я и сам,
Я пользу принесу:
Я развезу по адресам
Муку и колбасу.

Чтоб им работать, а не ждать,
Чтоб не стоять, а жить,
Дороги строить, хлеб сажать,
Лечить нас и учить.

Влт мы стоим, а там, гляди,
Солдатики идут.
Теперь с милицией они
Покой наш берегут.

Зачем же мается народ?
Всем этим мужикам
Баранки в руки и вперёд,
И слава шоферам!

- Спасибо, мальчик мой. Не зря
я, видно, жизнь прожил.
Есть, есть надежда у меня,
Ты мне прибвил сил.

Ты сам не знаешь, как ты прав,
Твой план хорош, сынок.
Несчастной самой из держав
Советом ты помог.

Но, чтобы план осуществить,
Чтоб лихо побороть,
Нам надо Господа молить:
Помилуй нас, Господь!

Любые планы без Него –
Лукавая игра:
Нам не поможет ничего,
Ни даже шофера.

Когда во всех очередях
Толпящийся народ
Забудет прирождённый страх,
Молитвы вознесёт

Всевышний Господи, Тебе,
По вере нам воздашь,
Поможешь нам в лихой беде,
Всесильный Отче наш!

Слова молитвы зашептал,
Поникнув сединой,
Мой бедный папа. Я молчал
И думал: Боже мой!


Не дай с ума ему сойти,
Прими под свой покров,
Солдат угрюмых преврати
В весёлых шоферов.

09.08.1991
 

К оглавлению

Армения болит!

Ты слышишь детский стон
Из-под бетонных плит?

Армения болит!
Армения болит!

Упала камнем весть
На наши города.
За что на вас беда?
За что на нас беда?

За что вы казнены
Безжалостной судьбой?
И грех на вас какой?
И грех на нас какой?

Армения болит!

Сегодня каждый дом
Поделится куском,
Поделится рублём,
Поделится теплом,
Молитву сотворит...

Армения болит!
Армения болит!

Беда моя и стыд:
Мне слова не сыскать,
Чтоб по-армянски мать
В печали поддержать.
Чтоб сироте сказать:
Сыночек дорогой!

Пред этою бедой
Солжёт язык чужой.
Пред этою бедой
Лишь сердце не молчит –

Армения болит!
Армения болит!

07.12.88
сразу после землетрясения

 

К оглавлению

Стихи на день рождения
и исключения из КПСС
Михаила Польского,
худрука ДК МТИ


Все сидят за столом.
В зеркале появляется Зиновий Каменев.


З.К.:
Это что за наважденье?
Я узнал из третьих рук,
Что сегодня день рожденья
Отмечает ваш худрук.

ВСЕ:
Отмечает, ну и что же?

З.К.:
Как же так? Известно всем –
Зяме Каменеву тоже
Нынче ровно тридцать семь.

ВСЕ:
Мы такого не встречали,
Не тревожьте наш покой.
Он признает вас едва ли,
Наш товарищ дорогой.

З.К.:
Граждане, поймите сами:
Я б оставил худрука.
Но зачем же зеркалами
Вы увешали ДК?

Зазеркалье – духа тайна...
Вот он выйдет в коридор,
Глянет в зеркало случайно –
Я стою, смотрю в упор.

Так стоим, таращим зенки.
Он напуган, я смущён...
Кто на воле? Кто в застенке?
Посмотрите – я и он.

Он себя не понимает
И живёт, меня кляня.
Там, где левой он шагает,
Там шагаю правой я.

Он семейственный мужчина:
Дом, жена, детей вагон...
Я же бомж неисправимый
И навеки разведён.

У него со всем народом
Сердце слева. Все равны.
Я же жуткая порода –
Сердце с правой стороны.

И партком с вопросом грозным:
Отвечай, каналия,
Ты откуда к нам подослан?

- Я из Зазеркалия.

Если врёте вы, ребята,
В Зазеркалии не врут:
Все убитые когда-то
Как свидетели встают.

Заполнять анкет не просят,
Всй заносят в дневники.
Как же ваши вас поносят
В Зазеркальи двойники!

Протоколы ваши строги:
Всем урок, а мне капут.
В Зазеркальи эти строки
Вашим внукам попадут.

И сейчас, впадая в ярость
На того, кто не в строю,
Пожалейте, братцы, старость
Неизбежную свою.

И покуда день ваш светел,
Отвечайте не юля:
Неужели вы свой пепел
Завещали для Кремля?!

ХУДРУК:
Я побью тебя камнями!
(хватает урну, замахивается на зеркало)

ВСЕ:
Польский спятил!
(наваливаются на него)

ХУДРУК:
О, тоска!
Ну зачем же зеркалами
Вы увешали ДК?!

18.04.1989.
 

К оглавлению

Александру П.

Нам не видать с тобой покоя.
В круговороте волчьих свар,
На всех ветрах арбатских стоя,
Ты чуешь время, Александр?

Оно кипит, шипя и жалясь,
И крышка пляшет над котлом,
В котором мы – такая малость,
За ситный платим животом.

А чем ещё?! Товара кроме
Рук, ног и этой головы,
Где взять? В твоём, в моём ли доме
Прописаны стихи, увы.

А кто, скажи мне, из сограждан,
Общественный лелея вес,
У нас за труд признает важный
Психофизический процесс
Кропанья рифм и аллегорий,
Внезапный темы поворот...
Кого проймёт чужое горе –
Наш поэтический помёт?

Возьми лопату или веник,
Надень халат или скафандр,
Но этот труд не стоит денег.
Жизнь выше денег, Александр!

Живое вечно вне закона.
Открой Писанье, посмотри –
Так маялся в ките Иона,
Как мы у времени внутри.

И ноздри чуткие щекочет
Гнильцы и гари запашок.
И тема над тобой хохочет,
И, разогнув решётку строк,
Навалится – ущерб здоровью.
Ни охнуть, ни поднять руки...

И почему-то пахнет кровью
От ненаписанной строки.

Я говорю тебе, как брату:
Покуда ты ещё не стар –
Строка вернее, чем граната.
Ты чуешь время, Александр.

19.11.1990.
 

К оглавлению

Портрет – 2

Лидии Польской

«Ты можешь быть русой и вечной...»
Иван Жданов. Портрет.


Давайте, Лидия, представим
гремящий, суетный Арбат,
его милицией обставим,
и я не муж вам и не брат,
а Зяма Каменев. Скучая
покуда клиентуры нет,
я подхожу и предлагаю
создать словесный ваш портрет.

Моё вниманье Вам приятно:
достойна Польского жена
быть в слове запечатлена –
о, небесплатно! небесплатно!

Итак, Вы будете стоять
У «Праги» в неглубокой луже,
в мои подставленные уши
печали Ваши изливать.

И под арбатским фонарём,
под этой моросью неспешной,
я напишу Вас грустной, нежной,
слегка пришибленной трудом,
и невниманием супруга,
и воспитанием детей...
О, почему не Вы подруга
несчастной зрелости моей!

Не внятны Вам поэта муки.
Покуда плавится строка,
я мысленно целую руки
во тьме дрожащие слегка.

И стих чеканно-безупречный
вонзаю в сердце, словно нож:
«Ты можешь русой быть и вечной,
когда пред зеркалом замрёшь...».

И на виду всего Арбата
роман начнётся, как пожар.
В багровом мареве заката
Мы в «Прагу» вносим гонорар.

А после я Вас провожаю
до лихоборских берегов,
и Вы, вчера ещё чужая,
всё понимаете без слов...

Дрожа, как двоешник последний,
Я прохожу за вами в дверь,
Где муж встречает нас в передней
И смотрит, как побитый зверь.

А Вы, неловкость устраняя:
- Знакомтесь. Каменев, мой друг.
А это Польский, мой супруг.
Мы так продрогли...
- Дорогая,-
рычит супруг, - который час?!
Я спал, не выключая света...
- Что значит время для поэта!
Ты понимаешь, Польский, нас?

Он ретируется, зевая:
- Спокойной ночи. Спать пора...

И длится, длится до утра
наш разговор за чашкой чая.

Промозглый, ветренный рассвет...

Пора бы выйти мне на коду,
Но, видимо, любви в угоду,
Пока мы живы – коды нет...

28.10.1989.
 

К оглавлению

Причуды времени
Первому съезду народных депутатов СССР посвящается
(спокойка для взрослых)


"Товарищи пассажиры!
Если из вас кто-то видел 20 апреля сего года в вагонах электропоездов бесхозные полиэтиленовые пакеты чёрного цвета с изображением профиля женской головы и может сообщить что-либо о лицах, котрыми они были оставлены в метро, просим позвонить в любое время суток, либо обратиться в приёмную Управления КГБ СССР по г. Москве и Московской области по адресу: ул. Дзержинского, дом 14."

Объявление в метро.


Дворовая песочница. Степашка заводит будильник и поёт песенку.

СТЕПАШКА: Есть беседка в городе Черкассы,
Старый дом, зелёная трава.
Пионерка из седьмого класса
На заре замучена была.
Раз пришли в беседку сталинисты,
Стали девочку они пытать:
Ты скажи, где спрятались троцкисты,
И в каком отряде твоя мать.
Долго долго девочку пытали,
Никого она не выдаёт.
Только губы девичьи шептали:
«Всё равно вас мамочка взорвёт!»

Звенит будильник. Степашка прячет его в чёрную полиэтиленовую сумку с изображением профиля женской головы.

Здравствуйте, ребята! А нам подарили конструктор «Юный подрывник» и мы играем в подпольщиков. Вы знаете, например, что такое «диверсия»? А «террористическая акция»? Тоже не знаете? Какие же вы ещё глупые. Ну, ладно. Вот вам, например, кто-нибудь не нравится: вечно пристаёт, воспитывает, жалуется взрослым... Поняли? Тссссс... Мы знаем, что она сегодня прилетит в песочницу ровно в 20.00, через (смотрит в сумку) шесть минут.

Появляется Хрюша. У него в руках такая же сумка.

ХРЮША: Здравствуй, Степашка.
СТЕПАШКА: Здравствуй, Хрюшечка. Как ты всегда опаздываешь! Мы же договорились встретиться ровно за семь минут до... а по моим часам уже осталось всего пять.
ХРЮША: Так они у тебя спешат. По моим (смотрит в свою сумку) осталось целых восемь.
СТЕПАШКА: Срочно переведи свои на три минуты вперёд.
ХРЮША: И не подумаю. Твои спешат, ты и переводи. Понял, косой? Переводи, чего смотришь?!
СТЕПАШКА: Свинья ты, а не поросёнок! (дерутся).

Появляется тётя Лина. У неё на руке часики.

ТЁТЯ ЛИНА: Брэк! Брэк! По углам! (растаскивает их)
СТЕПАШКА: Тётя Лина, мои часы идут правильно, а его отстают на целых три минуты.
ХРЮША: Это твои спешат!
СТЕПАШКА: Я говорю ему: переведи!
ХРЮША: Свои переводи!!!
ТЁТЯ ЛИНА: ну что вы, друзья? Разве так можно?
СТЕПАШКА: Тётя Лина, я вас очень прошу, отойдём за дерево...
ТЁТЯ ЛИНА: По моим часам сейчас ровно 19.57.
ХРЮША: А по моим – 19.56. Понял!!! (борется со Степашкой)
СТЕПАШКА: А по моим... Тётечка Линочка, миленькая, ну пожалуйста, ну за дерево, скорее, ну... (тянет её за юбку, борьба, выкрики)
ХРЮША: Переводи!!!...
СТЕПАШКА: За дерево!!!...
ТЁТЯ ЛИНА: Постойте, друзья. Вы знаете сколько ребят наблюдает за нами? Вся страна! Пусть они подумают, какое время показывают Степашкины часы...
СТЕПАШКА: (плача) Прячьтесь, тётя Лина!
ХРЮША: (трясёт его) Переведи часы!!!
ТЁТЯ ЛИНА: ... и напишут нам по адресу: Москва, улица Шаболовка, 37, детская редакция Центрального телевидения, передача...

Хрюша и Степашка убегают за дерево. Взрыв. Когда пыль оседает, видна только Хрюшина сумка. Из-за дерева слышны вопли Хрюши и Степашки.

ХРЮША: Вот тебе за тётю Лину! От всех ребят! Вот тебе! Вот тебе!..

Появляется Каркуша с такой же сумкой.

КАРКУША: Кар-кар-кар! Здравствуйте, ребята. А ведь если по правде, сейчас ровно (смотрит в сумку) 19.59. Я сегодня утром по радио ставила. А мальчишки – дураки. У меня для них...

Взрыв. Когда пыль рассеивается, видна только сумка Каркуши. Степашка и Хрюша с криком «ура» выскакивают из-за дерева.

СТЕПАШКА: Вот это и есть настоящая террористическая акция!
ХРЮША: А кто был прав? Кто был прав? Все ребята видели...
СТЕПАШКА: Учитесь, пока я жив!
ХРЮША: Пока я жив!!!

Взрыв. Пока пыль оседает, стоит полная тишина, так как не слышно хода часов, которые раньше всё время стучали не умолкая, но... Появляется Филя с такой же сумкой.

ФИЛЯ: Граждане ребята! Если из вас кто-то видел бесхозные полиэтиленовые пакеты чёрного цвета с изображением профиля женской головы, и может сообщить что-либо о лицах, которыми они были оставлены, прошу написать на телевидение по адресу: Москва, Шаболовка, 37, передача «Спокойной ночи, малыши!», Филе. А кто правильно напишет, какое время всё-таки было на Степашкиных часах, получит приз: конструктор «Юный подрывник», который находится в этой сумке. Спокойной ночи, друзья!

Уходит. Остаётся чёрная сумка и стук часов.

Лето 1989,
во время съезда.

 

К оглавлению

Моисей
Памяти Андрея Дмитриевича Сахарова

«И сказал ему Господь: вот земля, в которой я клялся Аврааму, Исааку и Иакову, говоря: «семени твоему дам её. Я дал тебе её увидеть глазами твоими, но в неё ты не войдёшь.»
Второзаконие, гл. 34\4


Быть может где-то в океане
Такие сыщем острова,
Где жители всегда в нирване
И где любовь всегда права.

Но за метельной круговертью
В России всё наоборот.
Но кто ведёт войну со смертью,
Как наш народ её ведёт?

Попробуйте хоть пару чистых
Найти здесь рук. Но есть же стыд!
Мы не рабы у коммунистов!
Но кто здесь смерти не творит?

Но как же это? За и против
В одних и душах и умах...
А кто, скажите, на работе
Не производит ложь и страх?

Перешагнув порог конторы
или вздохнув за проходной,
кто из родной советской своры
не проклял подвиг трудовой?!

- Хоть на минуту бедный пленник
Останови к обрыву бег.
Опомнись! Ты же человек! –

Так призывал нас академик,
Вложивший в лапы дикарям
Такую жуткую дубину,
Что тут же содрогнулся сам –
Прозрел, восстал, расправил спину.

Но грозно с тысяч площадей,
В озоновые глядя дыры,
Фалангой по России всей
Упрямо дыбятся кумиры.

Внедряют истину в народ
Гранитных командоров туши:
Работать надо, чтобы кушать,
А вовсе не наоборот.

Чтоб нас избавить от заботы
Творить добро, карать обман, -
Что наша жизнь, а что работа
Определяет истукан.

И если где-то он заметит
Раба с разогнутой спиной,
Помои хлынут, свиснут плети,
Затопчет каменной ступнёй.

И мы молчим. И нету силы
Свалить его, развеять тьму...
Но даже на краю могилы
Ты призывал взорвать тюрьму!

Молчанье – золото? Такое
Молчанье – как свинец, как яд.
Ты знал, из рабского застоя
Немногие с тобой хотят.

Черна пустыня. Нет дороги.
Но, обдирая душу в кровь,
Ты вёл забитых и убогих
Туда, где правда и любовь.

И вот, когда обетованный
Край замерещился вдали,
Когда качнулись истуканы –
Позор истерзанной земли –
Твои окончились дороги.

Страна поникла головой...

Ты нас прости, учитель строгий,
За всё прости, чем пред тобой
Неправы были, малодушны...

Тебе не нужен мавзолей.
Но даждь нам, Боже, хлеб насущный,
И душу эту обогрей,
Где пресещает лик Твой светлый,
Раба помилуй, Всеблагой,
Очисти дух его бессмертный
И со святыми упокой.

17.12.1989,
во время похорон А.Д.С.

 

К оглавлению

Здравствуй, свобода!

Сердце сегодня и ноет и бьётся.
Рядом со смертью чему оно радо?
То над столицей родной раздаётся:
«На Баррикадную! На баррикады!»

Сердце России сегодня на Пресне,
Там, где трехцветное знамя над нами,
Где Хасбулатов, Силаев и Ельцин,
Где против танков стоят с кулаками.

Здравствуй, Россия! Забытое слово
Прямо из мифа, из сказки, из песни
Вырвано нами и вспыхнуло снова
Здесь, возле Белого дома на Пресне.

Здравствуйте, граждане новой России! –
Против «черёмух» с платочком на шее,
Но без ярма на истерзанной вые –
Чукчи, славяне, татары, евреи!

Где вы, совки? За какою бронёю?
Идолов ваших – жратву и дубину –
Хватит кормить нашей кровью живою,
Хватит нас в стойлах держать за скотину.

Думай, солдат, кто тобою играет,
Кто раздувает гражданскую бучу,
Кто за собою готов, утопая,
Всех уволочь пятернёю трясучей.

На Баррикадную! На баррикады!
Ночью ли днём ли, в любую погоду –
Смело в кордоны! Смело в отряды!
Здравствуй, победа! Здравствуй, свобода!

20-21 августа 1991 г.
у Белого Дома в Москве.

 

К оглавлению

О, Родина...

Трехцветные никнут знамёна
Под тяжестью траурных змей.
Рыдает российская зона,
Хоронит своих сыновей.

О, Боже! Небесные Силы!
О, совести нашей укор!
Вы нас отвели от могилы,
Священный раскрыв омофор
Над грешными нами.
За что же –
Рыданья у всех на устах –
За что же о, Праведный Боже,
Они
проплывают в гробах?!

Вот образ на стену приклеив,
Мы свечек затеплили ряд.
Молитвы доходят скорее
От узников и с баррикад.

О, как мы молились, ребята:
«Яви свою милость,
и вновь
Нам крови невинной не надо!» -
И страх побеждала любовь.

А люди, что в Доме не спали –
России надежда и честь –
Просили, молили, кричали
Под пули и траки не лезть.

- Вы с нами, мы вместе -
довольно! –
но жизнь и свободу любя,
как сладко, высоко и больно,
Россия, сгореть за тебя.

И первый рывок оккупантов –
Сбываются жуткие сны –
На траках советского танка
Бессмертной России сыны,
Воскресшей России начало...

О, сердце, уймись, не кричи...

На чёрных своих пьедесталах
Все феликсы, все ильчи
Качнулись, набычили шеи –
Неловко стоять на гробах –
Бессмертные, словно кащеи,
Почуяв предсказанный крах.

Трехцветные никнут знамёна...

Над прахом твоих сыновей
Мы дети России –
не зоны –
О, Родина...

24 августа 1991 г.
во время похорон жертв ГКЧП.

 

К оглавлению

P.S.
Лидии Графовой


Вот кризис жанра наступает.
Никто уж не воспринимает
всех этих стонов, воплей, слёз...
Над нами первый снег летает,
траву иллюзий засыпает –
её мы холили всерьёз.

В риторике немного прока –
вот вывод этого урока,
от дней минувших шерсти клок.
Кто виноват? Хотели много.
У каждого своя дорога.
Спасибо, Боже, за урок.

Так что же делать? Спозаранку
пройдя Ордынку и Полянку,
примнём несмелый первый снег.
И ситного урвав буханку,
с судьбой оставим перебранку,
легко вздохнув о всех.
За всех...

ноябрь 1991

К оглавлению


СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ "ЖИЗНЬ ОДНА":


ПРЕДИСЛОВИЕ 2001 ГОДА

Часть 1. Зиновий Каменев. ИСПОВЕДЬ ПОЭТА-СПЕКУЛЯНТА (вверх)

Часть 2. ИЗБРАННЫЕ ПОСВЯЩЕНИЯ

Часть 3. ЖИЗНЬ ОДНА

Часть 4. НЕВАЖНО, ГДЕ И КАК ЖИВЁШЬ...
(стихи последних дней)

вверх

Рейтинг@Mail.ru rax.ru: показано число хитов за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня