НАМ ПИШУТ

На главную

К оглавлению раздела "Нам пишут"

Студия 
"Корчак" 
Наши 
программы

Для связи с публикатором  воспользуйтесь этой формой (все поля обязательны). При Вашем желании Ваше мнение может быть опубликовано на этой странице. Или пишите на этот адрес: korczak_home@bk.ru,
Ваше имя:
Ваш E-Mail:
Ваше сообщение:  

Нажав "Отправить сейчас!" вы тут же получите уведомление от робота с копией Вашего послания в нечитаемом виде. Пусть это Вас не смущает, робот просто не умеет читать по-русски, но пересылает всё правильно.

Арье Вудка

 ДОМОЙ

ЕВРЕЯМ ЧУЖОГО ОБРЯДА

 
Введение

Боль еврейского сердца при виде братьев, попадающих в чужие сети, извлекает из него эти строки. Эта книга предназначается и тем евреям, которые на распутье, и тем, кто просто ищет истину.

 

                     Мы живем в парадоксальную эпоху. Уничтожение еврейского народа и его неслыханное воскрешение, массовая ассимиляция и беспрецедентное возрождение древнего языка и древней Страны перемежают друг друга. Семьдесят лет коммунистического режима превратили здешних евреев в духовных беженцев, лишенных собственных корней. В этой ситуации можно понять их стремление зацепиться за чужой корень, привиться к нему. Несмотря  на все индивидуальные различия между евреями, ушедшими в чужой обряд, у них находится, как правило, общий знаменатель: они не знают еврейского ответа на те  доводы,  которыми убедила их чужая сторона. Ни один уважающий себя судья не примет решения на основании утверждений только одной из сторон. Элементарная порядочность требует выслушать и своих, прежде чем в одностороннем порядке исторгнуть себя из их среды. Это слишком непоправимый шаг, чтобы совершать его опрометчиво, с закрытыми глазами, без обсуждения с теми, от кого уходишь.

                 Поэтому мы убедительно просим Вас,  родного нам человека, ознакомиться и с нашим мнением, взвесить и обдумать его, и лишь после этого принимать любое окончательное решение, которое подскажет Вам сердце.

                 У нас нет при этом ни малейшего намерения чем-то обидеть другие конфессии или переманить к себе их естественных адептов. Мы лишь стремимся вернуть к себе тех, у кого с нами изначальная  родственная близость, кровная связь. Наша вера не исключает принятие в свое лоно чужих,  но такой задачи, в отличие от дочерних религий-соперниц, она пред собой не ставит. Поэтому мы просим оставить эту брошюру для внутреннего пользования в еврейской среде.

 

1. Рациональное зерно

                

                   Хотя евреям христианство не принесло ничего хорошего, ставя перед ними выбор между преследованиями и духовной деградацией, с остальными народами дело обстоит иначе. Им, поклонявшимся дереву и камню, оно несло и культурно-этический прогресс, и определенное приближение к понятию о Вс-вышнем.

      Мы признаем серьезную цивилизующую историческую роль христианства для народов Центральной и Северной Европы. Именно поэтому мы добровольно не пользуемся имеющейся у нас ныне свободой слова для борьбы против христианского влияния на народы мира. Мы не миссионеры.

      Для оценки любого явления нужно видеть историческую перспективу, вектор, указывающий, откуда и куда это явление ведет людей. В этом аспекте могут быть простительны и отклонения от абсолютной истины, если они скромнее предшествовавших им отклонений.

     Однако все вышесказанное не имеет никакого отношения к евреям. Ведь мы-то начинали не с нуля, не с дерева и камня. Нас не требовалось цивилизовывать или давать нам какое-то отдаленное понятие о Вс-вышнем. Мы, евреи, были и остались носителями изначальных, прямых и непосредственных знаний, дарованных нам Свыше. Мы были народом почти поголовной грамотности, народом учения, когда другие народы пребывали во мраке, и даже их правители ставили крестик или отпечаток пальца вместо подписи.

      В этом внутриеврейском материале мы разбираем вопросы о соотношении христианства и еврейского учения и об отношении христианства к самим евреям.

              

2.    Язык и редактура

 

                 Одна из серьезнейших проблем, с которой Вы наверняка сталкивались, - это отсутствие глубоких знаний родного языка – иврита, тем более его древнейшего пласта, зафиксированного в ТаHаХе (еврейский оригинал Библии, аббревиатура еврейских слов: Тора, Пророки, Писания). За неимением лучшего Вам приходилось обращаться к христианским переводам. Адекватны ли они? Ведь библейские тексты – это глубочайшие образцы философской поэтики. Попробуйте перевести на любой другой язык Мандельштама или Стуса… Даже самая старательная и честная попытка вряд ли  увенчается успехом. Что же могло ожидать нас, если переводчики не обладали изначально ни старательностью, ни честностью, а лишь стремились подогнать решение под заранее заданный ответ?

                 В  христианской  Библии (которая претендует на точный перевод с еврейской, а не на вольную вариацию) сказано: «Ибо псы окружили меня, скопище злых обступило меня, пронзили руки мои и ноги мои» (Псалтирь 21:17; Trinitarian Bible Society, 217 Kingston road, London, SW193NN, England, Библия). Тот же текст можно обнаружить и в других христианских изданиях. Обратимся к еврейскому оригиналу. Там этот же Псалом («Боже мой, Боже мой! Зачем ты покинул меня?») фигурирует под номером 22. В 17 стихе читаем: ибо обступили меня псы, общиной злых окружили меня, как льва, - руки мои и ноги мои. Подчеркнутое слово в еврейском оригинале –“hikifuni” абсолютно несовместимо с переводом  «пронзили». Цель искажения очевидна: навести читателя на мысль, будто еврейская Библия предсказала историю Иисуса. С этой же целью слова «как льва» выброшены из перевода, поскольку они не укладываются в тенденциозную задачу христианского переводчика.

                 Другой пример: «Се, Дева во чреве приимет, и родит Сына» ( То же издание Библии, Исайя, 7:14). Обратимся к еврейскому оригиналу:  «Вот эта молодая женщина беременна и рождает сына». Все говорится в настоящем времени и с определенным артиклем «ha», соответствующим английскому “the”. Т.е. речь идет о конкретной молодой женщине (haalma), находящейся перед глазами пророка и царя, которые беседуют между собой за семьсот лет до христианских историй. Заглавные буквы, которых в иврите, как известно, нет, также являются изобретением переводчика, необходимым для идентификации сказанного с христианскими персонажами. В иврите есть только одно общее определение девственницы: bethula.  Существуют и более узкие определения, означающие «зрелая девственница» и «девственница-подросток»: tzemel, pagah. Слово же alma характеризует исключительно возрастную категорию, не касаясь вопроса о существующей либо отсутствующей девственности. Например, в Мишлей Шломо (Притчах Соломоновых) 30:18-20 повествуется об изменяющей жене, которую не поймали на «горячем», а потому ее грех недоказуем на земле, поскольку не оставляет явных следов. Там же приводятся аналогии с другими не оставляющими следа явлениями: путем змеи на скале, путем орла в небе и путем корабля  в море. Они проходили там, но доказать это постфактум невозможно. Таков в этом отрывке и «путь мужчины в женщине». Женщина названа здесь именно вышеупомянутым словом «альма». Если бы речь шла о девственнице, то недоказуемость и отсутствие следов события звучали бы очевидным абсурдом. Нигде в еврейских текстах нет и тени намека на беременных девственниц. Идея “непорочного зачатия” абсолютно чужда еврейской традиции. Иногда христианские теологи ссылаются на «Септуагинту» как источник своего текста. На самом деле еврейские мудрецы перевели на греческий только Тору (Пятикнижие), ссылаться на которую христианам трудно именно по этой причине. Книги же Пророков в то время не были еще канонизированы. Кто, когда и как переводил их на греческий и редактировал перевод – неизвестно. Об этом подробно рассказывает П. Полонский в книге «Евреи и христианство. Несовместимость двух подходов к миру» (Маханаим, 1995  и др. издания).

              Третий пример: «…с того времени, как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима, до Христа Владыки семь седьмин…» (то же издание Библии, Даниил, 9:25).

                В еврейском оригинале подчеркнутые слова совсем другие: помазанник князь, опять без заглавных букв. Таких помазанников было много, ими считались даже наследники династии в изгнании. Тексты, «отредактированные» подобным образом, не должны внушать доверия и являться основанием для перехода в другую религию.

 

3.    Вырывание из контекста

 

               Классический христианский метод полемики заключается в бомбардировке еврея вырванным из контекста набором цитат. Ставка делается не только на незнание языка, но и на слабую ориентацию читателя в текстах Писания и в ключевых датах еврейской истории. Возьмем приведенную выше цитату из Даниэля. Повеление персидского царя Кира (Кореша) о восстановлении Иерусалима вышло в 537 г. до н.э. Семь седьмин «с того времени» выпадает на 488 г. до н.э. Кто же этот князь помазанник? Можно спорить о том, идет ли речь  о принце Зарубавеле, Эзре, Нехемьи или же о Мордехае, который тоже был из царского рода, но кто не соответствует этому пророчеству – не вызывает сомнения: главный герой Нового Завета (слишком уж расходятся временные рамки). Пророк Даниэль говорил о разных сроках по поводу разных событий, но и предельный срок его предсказаний – семьдесят седьмин, - если считать от той же даты, отстает на пять десятков лет от христианской эпохи.

                 Посмотрим, о чем говорит контекст упомянутой выше седьмой главы Исайи. Там повествуется о временах Иудейского царя Ахаза, на которого напали два царства: Израиль (отколовшиеся 10 колен) и Арам. Ахаз пал духом. Тогда Вс-вышний послал к нему пророка с ободряющим знаком. Исайя указал царю на беременную молодую женщину, которая должна скоро родить. Пророк возвестил царю волю    Б-га: прежде чем ребенок этой женщины научится различать между хорошим и плохим (т.е. еще в бытность его младенцем), земли двух напавших на Иудею царств будут опустошены Ассирией. Все это происходит за семьсот лет до христианской эпохи.  Такой «затянувшейся беременности» история еще не знала: ведь переводчик вставил туда «Деву» и «Сына»!

                  В упомянутом выше псалме (21-ом у христиан, 22-ом у евреев) Давид рассказывает о том, как его преследовали приближенные Шауля (Саула). Они старались уловить малейшее неверное движение Давида, подобно псам, охотившимся на зверя, чтобы напасть на него. Христианский переводчик и в столь отдаленной от христианского периода истории становления  первого Израильского царства умудрился обнаружить «пронзенные руки и ноги»…

        Сам термин «новый завет» взят христианством у Иеримии (31:31). Однако там говорится о союзе, заключаемом с «домом Израиля и с домом Еуды», к которым христианские народы не относятся. Более того, там же ясно говорится, в чем новизна этого завета: «вложу Я Тору Мою в нутро их, и на сердце их напишу ее» (там же, 31:32), т.е. речь идет уже о внутреннем, а  не только внешнем принятии той же самой Торы, которая в силу этого чудесного изменения природы евреев не будет больше нарушаема ими. Именно поэтому «не буду больше помнить греха их» (31:33), поскольку грехи прекратятся. Понятно, что такой завет – дело будущего, а не прошлого! Грехи пока продолжают существовать и у нас, и у христиан, и у всех остальных. Такова до сих пор природа людей, и ее не в силах изменить придуманный людьми же «Новый Завет», как бы они ни пытались «подогнать» его под пророчество Иеремии. Белые нитки тут же вылезают отовсюду. Ни о каком «замещении» Торы и Израиля иным учением и другими народами у Иеремии нет и речи, наоборот, он, как и другие пророки, отметает такую возможность: «Так же как не исчезнут предо мной законы эти, - сказал Г-сподь, - так и семя Израилево никогда не перестанет быть народом предо Мной» (31:35).

      Когда же будет заключен подлинный новый завет по Иеремии? Вся 31-я глава пророчествует об избавлении Израиля из плена, о возвращении в свою Страну  и о ее восстановлении: «Вот, Я приведу их из страны северной и соберу их от краев земли, среди них слепой и хромой и беременная и роженица вместе; великое множество возвратится сюда» (31:7). «Тот Кто рассеял Израиля, Тот и соберет его» (31:9).

      «Еще я восстановлю тебя, и будешь ты восстановлена,  дева Израилева… Еще будешь ты сажать виноградники на горах Шомрона» (31:3-4). «…еще скажут это слово в Стране Иудейской и в ее городах, когда возвращу Я пленных их… И обоснуются в ней иудеи и все их города…» (31:22-23).

       Не потому ли народы мира вместе с коллаборационистами из нечестивых евреев так боятся этого знака близкого Избавления Израиля, так враждуют против возобновившегося еврейского присутствия в Иудее и Самарии (Шомроне)? Как похожи они в этом на Санбалата из книги Нехемьи! И тем не менее 31-ая глава заканчивается пророчеством о расширенном восстановлении Иерусалима и Святыни в нем на веки веков (31:37-39).

      Так о ком же повествует весь контекст 31-ой главы – о христианах или о евреях? Кто из них были изгнаны и возвращаются из пленения, возрождают свою Страну, наперекор всему миру отстраивают города Иудеи, насаждают виноградники в горах Шомрона и восстанавливают Иерусалим? Из этого можно сделать вывод, что и подлинный новый завет, т.е. превращение  законов Торы во внутренний инстинкт еврейского сердца – уже не за горами, и что настоящий Машиах близок, как никогда. Потому и «мятутся народы и племена замышляют тщетное» (Псалмы 2:1).

       53-я глава Исайи – одно из любимых христианами «свидетельств» об Иисусе, хотя на самом деле там идет речь о положении еврейского народа, рассеянного среди врагов. «…Ни виду в нем, ни красоты… известный болезнями» (Исайя  53:2-3). Христианская же традиция подает Иисуса в качестве божественного образца красоты и совершенства, в том числе физического. Ни о каких его болезнях Евангелия ни единым словом не упоминают. «Увидит он потомство, продлит дни…»(53:10). Иисус же согласно Евангелиям и христианской традиции умер в молодом возрасте и не оставил потомства. Итак, 53-я глава, как и весь ТаНаХ, притянута к Иисусу за уши, и его евангельская биография слишком расходится с описанными в этой главе деталями (подробнее о 53 гл. см. ниже, в нашем разделе «Замещение»).

                 Во всем этом сокрыта одна из причин ненависти, которую сеяло христианство по отношению к евреям: ведь они были тем самым мальчиком, что в любую минуту мог крикнуть: «А король-то голый!» Поэтому инквизиция становилась неизбежной оборотной стороной  платья голого короля.

 

4.    Цитата, которой нет

 

                 «Вы слышали, что сказано: «люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего»» (Там же, Матфей, 5:43). Это знаменитая «нагорная проповедь», в которой Иисус излагает основы своего нового учения, отталкиваясь от старого, отсюда и цитаты. Первое правило цитирования – точность, но как раз ее-то тут сильно не хватает. Вот точная и полная цитата:  «Не мсти и не храни злобы на сынов народа твоего, а люби ближнего твоего как самого себя» (Ваикра – Левит, 18:19). Мы видим здесь смысл, противоположный изложенному в Евангелии. Никакого “ненавидь врага твоего” в оригинале не существует, а наоборот, предписано не мстить и не хранить злобы. И это уже не прихоть вольного переводчика, а высказывание того, кого наши оппоненты считают  богом. Неужели “бог” не знал, что на самом деле написано в Торе? Разумеется, можно предположить, что первоначальные слова Иисуса были искажены пересказчиками и переписчиками, но вряд  ли это увеличивает достоверность “благой вести”, основанной на подобных искажениях, на несуществующих цитатах. Каков учитель, таков и ученик: «…да сбудется реченное через пророка, что Он Назореем наречется» (Матфей, 2:23). Евангелие, вопреки своему обыкновению, не приводит ссылки на источник. И не зря: этой фразы ни у одного библейского пророка нет. Может ли считаться «божественным» текст, который и на элементарную человеческую основательность не тянет!

 

5.Неразрешимые противоречия

                Матфей 1:6-16 описывает происхождение Иисуса. По Матфею, тот происходит от Давида через всю династию иудейских царей. Однако у Луки 3:23-31, который пытается доказать то же самое (т.е.  происхождение Иисуса от Давида), фигурирует совсем другая версия. Ни единого иудейского царя в этой линии предков Иисуса после Давида не прослеживается. Как можно одновременно оказаться потомком совершенно разных отцов? Но на этом противоречия не заканчиваются. Матфей особо подчеркивает великолепную симметрию выведенной им линии: “Итак всех родов от Авраама до Давида четырнадцать родов; и от Давида до переселения в Вавилон четырнадцать родов, и от переселения в Вавилон до Христа четырнадцать родов”. (Матфей 1:17). Однако у Луки (3:23-32) число поколений от Давида до Иисуса оказывается 42!  Как 14+14 у Матфея оказывается у Луки равным 42, еврею не понять. О том ли человеке идет речь, или это собирательный образ четырнадцати разных поколений рассказчиков? 

                 Никейский собор впервые занялся этой проблемой, столкнувшись с неразрешимыми противоречиями между четырьмя десятками разных евангелий. Выход был найден в канонизации только четырех из них, и объявлении всех остальных апокрифами. Однако  и эта  четверка, как видим, далеко не согласована между собой. Почему так важно было доказать происхождение Иисуса от Давида? Секрет прост: только от Давида может произойти Машиах (Мессия). А по какой линии (или по двум разным линиям сразу), через какое число поколений (даже с разницей в 14) – уже не так существенно… Как говорится, что и требовалось доказать. Но и на этом клубок противоречий не завершается. Только что “убедительно доказав”, что Иисус является потомком Давида через своего отца Иосифа, Матфей тут же разрушает эту версию: “Рождество Иисуса Христа было так: по обручении матери его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что она имеет во чреве от Духа Святого” (Матфей 1:18). Здесь проявляется еще одно неразрешимое противоречие. Мессия, по еврейским понятиям, хоть и величайший, но человек, зачатый земной женщиной от земного же мужчины, потомка Давида, естественным путем, и именно через этот естественный акт он является семенем Давида. Язычники же, к которым обращалось христианство, не усматривали в человеческом происхождении никакого достоинства, и возводили своих знатных лиц (начиная от египетских фараонов, через греческих реальных и вымышленных героев вроде Геракла и Александра, вплоть до римских императоров периода зарождения христианства) в ранг богов или гибридов божеств и земных женщин. Так родился еще более странный гибрид: якобы от семени Давида, но при этом без физического семени вообще!  Тут возможно и влияние Востока: более ранняя легенда о Кришне повествует о том, что тот был зачат девственницей от луча света.

   

5.    Где мессианская реализация?

 

                 Пророческие книги ТаНаХа полны мессианских чаяний грядущего избавления, из которых черпают вдохновение разные реформаторы вплоть до современности. Сколько говорили, например,  о разоружении, ссылаясь на пророчество Исайи (2:4), о перековке мечей на орудия мирного труда, сколько боролись за мир, цитируя его же стих о том, что не поднимет народ на народ меча, и не будут учиться больше войне. Все было тщетно, потому что эта задача окажется под силу только Машиаху (Мессии), когда тот придет. Но ведь, по христианскому учению, он якобы давным-давно пришел. Вот те раз! А мы и не заметили! Уже утерта всякая слеза, нет вреда, нет смерти, нет зла, мертвые воскресли, как сказано: «И многие из спящих в прахе пробудятся, одни для жизни вечной, другие для  вечного поругания» (Даниэль 12:2).  Где же все это?

                Есть только один разумный ответ: это будет, когда придет и утвердится Машиах. Этого нет, потому что он пока не пришел.  «Второе пришествие» – провальная альтернатива для тех, кто уверовал в лжемессию. Ведь с помощью этого приема можно объявить Мессией кого угодно, без всякой проверки практикой. А такой единственной реальной проверкой мессианства является воплощение мессианских пророчеств.

 

6.    Добрая идея?

          

               «Ну ладно, эта идея пока не воплотилась, но ведь в основе она хорошая, помогающая людям совершенствоваться!» - утверждают многие. Так ли это? В чем вообще новаторство христианской идеи по сравнению с еврейской? Единственное реальное новшество – это принцип всепрощения, т.е. отмены Закона. В чем еще смысл объявления ТаНаХа «ветхим» заветом? Причем никакого альтернативного законодательства христианство не изобрело. Римское право языческих времен так и осталось основой законодательства в христианских государствах, если в них вообще действовали законы, а не царствовал дикий произвол инквизиции или опричнины. Всепрощение и судопроизводство – два антипода. Ведь суд регулирует конфликты между людьми, а о каком конфликте может идти речь в случае всепрощения? Христианская идея была бы реализована, если бы христианские государства отменили судопроизводство. Очевидно, речь идет об утопической идее, которая не поддается реализации. А о том, как прекрасные утопии неизбежно воплощаются в кровавую антиутопию, мы не только наслышаны, но и испытали это на собственной шкуре. В этом аспекте нет принципиальной разницы между утопией коммунистической и христианской. Обе разрушали старое устройство, старые законы, чтобы построить нечто нереальное, но жизнь брала верх, и вместо старых испытанных структур через бессмысленную ломку строились произвольные импровизации, принесшие людям только избыточные страдания. Правда, коммунизм оказался недолговечным, поскольку назначил сам себе невыполнимый экзамен построения рая на земле. Христианство умнее. Оно якобы строит свои структуры в мире ином, царство не от мира сего. Поскольку проверить ход этого строительства из нашего мира не представляется возможным, экзаменовка идеи практическим воплощением отодвигается  в загробную обитель, превращая эту идею в одну из бесчисленных схоластических спекуляций, которые невозможно ни доказать, ни опровергнуть.

                Историческая победа христианства на какой-то части земли ничего не доказывает. Точно также ислам победил в другой ее части, а буддизм в третьей. Сила вообще – худшее доказательство правоты. Ведь с тем же успехом можно утверждать праведность или истинность «учения» Чингис-Хана, Сталина или Гитлера. Истина неизмерима количественными показателями.

                 Мир стоит как бы на двух ногах: законе и милосердии. Устранение любой из них действует губительно, подкашивая в конце концов и ту ногу, которую не ампутировали.

 

 

7.    Немыслимая теология

 

                Так  же как создатель машины не может быть деталью этой самой машины, обладающие ограниченной формой божки не могут быть творцами мироздания. Подлинный Творец не может быть материализованным, обладающим ограничивающей формой. Он сотворил мир, и тем самым Его суть – вне мира. Он – душа мироздания, а не один из его органов. Он сотворил время и пространство  вместе с материей, значит Он вне этих реалий, в духовном абсолюте, в вечности.  В этом и состояла революция Авраама и Моше (Моисея), отвергших поклонение объектам (язычество), познавших абсолютное единство запредельного и недоступного телесным органам чувств Творца. Мы сталкиваемся только с Его эманациями в этом мире, сам же Он - за гранью. Христианство толкает еврея к невозможной смеси монотеизма и язычества, где «бога» можно якобы пощупать руками, где мы уподобляем Его нам со всеми нашими телесными воплощениями. Это обратный вектор язычества: вместо признания сотворившего нас Абсолюта мы своими примитивными средствами лепим себе богов по собственному разумению и, вдобавок, пытаемся зарядить их энергией реального Б-жественного откровения. Данные компоненты несовместимы, отсюда изобилие искажений.

 

 

8.    Четвертый завет?

             

               Евреи насчитывают три завета, христиане – четыре, мусульмане – пять. Что объединяет подлинные Б-жьи заветы, проводя непроходимую границу между ними и попытками человеческих добавлений? То, что Б-г в подлинных заветах всегда напрямую открывался тем, с кем эти заветы заключал, прямо и ясно говоря им, в чем состоит завет. Тут не было ни сомнительных посредников, ни «намекающих» кроссвордов, в которые многие христиане пытаются превратить ТаНаХ.

           Вот первый завет:

        «И заповедал Г-сподь Б-г человеку, сказав: от всякого дерева в саду ты можешь есть, а от дерева познания добра и зла – не ешь от него, ибо в  день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь» ( Берешит-Бытие, 2:16-18).

          Вот второй завет:

         «И сказал Б-г Ноаху (Ною) и сынам его с ним так:: вот, я устанавливаю завет Мой с вами и с потомством вашим после вас…(там же, 9:8).

          Вот третий завет в его двух воплощениях, индивидуальном (с Авраамом) и коллективном (с Моше и народом):

           «В тот день заключил Г-сподь с Авраамом завет, сказав: потомству твоему Я  отдал эту землю от реки Египетской до реки великой, реки Ефрат» (там же, 15:18);

           « И говорил Б-г все слова сии, сказав: Я Г-сподь Б-г твой, который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства. Да не будет у тебя других богов сверх Меня. Не делай себе кумира и никакого изображения... А весь народ видел громы и пламя, и звук шофара, и гору дымящуюся, и как увидел народ, они вздрогнули и стали поодаль. И сказали Моше: говори ты с нами, и мы будем слушать, и пусть не говорит с нами Б-г, а то умрем. (Шмот-Исход, 20:1-19).

                 Б-г – не сфинкс, загадывающий Эдипу загадку и угрожающий растерзать его за нерасшифровку ребуса.

          У Вс-вышнего противоположный подход: «И сказал Г-сподь Моше: сойди, предостереги народ, чтобы они не порывались к Г-споду, чтобы видеть, а то падут из него многие. И даже священники, приближающиеся к Г-споду, должны освятить себя, а то разгромит их Г-сподь. И сказал Моше Г-споду: не может  народ взойти на гору Синай, потому что Ты предостерег нас,  сказав: «огради гору и освяти ее». И сказал ему Г-сподь: пойди, сойди, и взойдешь ты и Аарон с тобою; а священники и народ да не порываются восходить к Г-споду, а то разгромит Он их. И сошел Моше к народу, и пересказал им.» (Там же, 19, 21-25). Когда речь идет о жизни и смерти, Б-г  дважды предупреждает людей ясным языком, без намеков и шифров. Он говорит напрямую к тем, кого это касается, во всех подлинных заветах.

                Христиане считают, что Иисус – искупительная жертва за всех людей на земле, и что только она спасает их, но условием спасения является, по их мнению, вера в этого богочеловека. По их понятиям, речь идет о самом главном, решающем завете между Б-гом и человечеством, и этот завет – единственная гарантия  вечного спасения от вечного же ада. Чем же объяснить тот факт, что в первые почти четыре тысячи лет от сотворения мира этого искупления попросту не существовало? Чем провинились все родившиеся и умершие до н.э. до такой степени, что им в спасении было вообще отказано? И чем мы достойнее их? Но, между нами, и сегодня ситуация не намного лучше. Что может знать об этом искуплении житель какой-нибудь таиландской, китайской, индийской или пакистанской деревни? Мыслим ли завет, тайный от тех, с кем его заключили? Ведь это все равно, что женить кого-то без ее или его ведома! Чего стоит такая женитьба? Но и те, кто слышал «благую весть», вовсе не получал ее от Б-га даже в первом поколении. Станет ли Б-г требовать от человека расшифровки противоречивых намеков и легенд для вечного решения своей участи через разгадку запутанной шарады? Это противоречит и теории о прямоте и благости Вс-вышнего, и реальной практике предыдущих заветов!

               Все реальные заветы заключались после инициированных Б-гом ключевых и беспрецедентных исторических событий: после сотворения мира, после потопа, после Исхода из Египта, т.е. духовные нововведения венчали коренные изменения физического состояния. Однако что из ряда вон выходящего  повествует реальная  история перед 30 г. н.э.? С чего вдруг такая перемена? Настоящий новый завет в мессианские времена будет связан с отменой влияния зла на человеческое сердце, с начертанием законов Торы на  его внутренних скрижалях, чего пока, увы, нет.

                  Приходится признать, что четвертого завета с Б-гом не было. Он не более чем плод фантазии людей, обманутых экзальтацией и вполне человеческой подгонкой. Нет в нем Б-га истории, чудесным образом изменившего ее, как в случае Исхода из Египта. Нет прямого и ясного Синайского откровения целому поколению, нет расступившегося моря, сорока лет манны и чудесного завоевания Страны. Если бы мнение христианства соответствовало действительности, от их завета следовало бы ожидать гораздо большего, чем все перечисленное выше. Кроме того, христианство подрывает основы индивидуальной ответственности и усовершенствования своего поведения, перекладывая спасение на голую веру и исповедь. Не существует принципиального отличия между появлением и распространением христианства и генезисом и победой ислама. В обоих случаях один человек сумел убедить в чем-то группу приверженцев, ссылаясь на полученные лично им откровения, а поверившие тем или иным путем разнесли «благую весть» дальше.

                 Есть и еще одно подобие между обеими дочерними религиями. Если один человек – каким бы он ни был – имеет право «отменить» завет,  заключенный напрямую между Б-гом и целым народом, то почему другая выдающаяся личность не может принести миру еще более новый завет – Коран? Мера за меру! В принципе, так появлялись и сменяли друг друга  все созданные людьми религии.  Именно поэтому у нас нет праздника, посвященного горящему кусту («неопалимой купине»). Ведь это событие доказуемо только через Синайское откровение целому народу, а не наоборот. Без Исхода и Синая все остальное было бы трудно отличить от легенд, и человеческий разум не имел бы твердой точки опоры. Вот почему Б-г обосновывает свои заповеди нам тем, что он вывел нас из Земли Египетской. Только это – бесспорное доказательство.

 

9.    Вторичность текста

 

      Попробуем ответить на вопрос, почему евангельский текст представляется нам вторичным в разных аспектах: языковом, содержательном, авторском. Оригинал евангелий – греческий, но это вовсе не оригинальный язык, которым пользовались герои повествования. Среди евреев страны были в ходу тогда два языка: арамейский и иврит. Греческий был языком международного общения, как сегодня английский. Евангелия передавались поколениями рассказчиков сначала устно, обрастая неизбежными изменениями и добавлениями, а потом письменно (см. Лука 1:1-3), вплоть до их канонизации, но уже на иностранном языке и в иностранной среде, которая не имела понятия о лингвистике, нравах, обычаях и верованиях Израиля. Эти понятия заменялись развивающимися и меняющимися идеологическими потребностями. Не случайно двое из четырех евангелистов носят нееврейские имена. Конечная фиксация текста произошла через три сотни лет после событий, которые он претендует отразить. Давно умерли даже внуки живых свидетелей и были разрушены римлянами те селения, где все это происходило. Тем самым появилась возможность произвольно или непроизвольно менять текст, усиливать акценты, подстраивать их под новые установки, подгонять истории задним числом под кое-как усвоенные пророчества и т.д. Массу исходных рассказов теперь можно было трансформировать свободно, как глину, произвольно меняя ее форму, наполняя анахронизмами и фантазиями: ведь живой фон, зеркало происшедшего, было давно разбито римлянами и временем. Коллективную историю живой нации трудно подделать, личную же биографию давно умершего человека – очень легко (кто опровергнет?).

      Евангелие – книга многоплановая, но не в смысле глубины текста, как в ТаНаХе, а в аспекте присутствующих там разных авторских, временных, идеологических и даже национальных слоев. Евангелие интересно нам и как исторический источник. Оно в какой-то степени хранит тот мир бродячих проповедников и экзальтированных толп, мудрецов и невежд, бесноватых и целителей-экстрасенсов и даже отголоски мудрости периода Второго Храма. Но при всем этом выделить в нем достоверные основы – почти невозможно.

       Начнем цитаты с языка. Когда Евангелие пытается цитировать самого Иисуса на языке оригинала, получается несуразность: «В девятом часу возопил Иисус громким голосом: «Элои, Элои! Ламма савахтани?», что  значит: «Боже мой, Боже мой, для чего Ты меня оставил?»» (Марк,15:36).

      Это начало все того же 22-го псалма по еврейскому ТаНаХу или 21-го по христианской Библии. «Боже мой» на иврите  - «Эли». Ничего подобного слову «савахтани» в псалме не существует. И в словарях, и в самом оригинале мы найдем слово «азав - азавтани» – оставил меня, покинул меня. Трудно признать божественным текст, который до неузнаваемости коверкает священный язык Писания.

     То же самое касается  элементарных этнографических познаний в отношении евреев. Евангелие многократно упоминает cлово «первосвященники» во множественном числе: «И первосвященники обвиняли Его во многом». (Марк, 15:3).

«Ибо знал, что первосвященники предали его из зависти. Но первосвященники возбудили народ…» (Там же, 15:10-11) На самом деле во времена Храма бывал только один Первосвященник. Когда же он умирал, назначался новый, но опять один-единственный.

«Пришли в Иерусалим. Иисус, вошед в Храм, начал выгонять продающих и покупающих в Храме; и скамьи меновщиков и скамьи продающих голубей опрокинул; …И учил их, говоря: не написано ли: «дом Мой домом молитвы наречется для всех народов»? а вы сделали его вертепом разбойников»  (Марк 11:15 -17).

      Поздние иностранные «соавторы» евангелий  понятия не имели о том, как функционировал Храм. Они представляли его чем-то вроде христианской церкви, куда каждый может войти. На самом деле царь Ирод (Хордус), умерший, кстати, в 4 г. до н.э., но несмотря на это поминаемый в евангелиях как активное действующее лицо, перестроил Храм и окружающие его дворы. На самой территории Храма не мог появляться даже царь, а только коэны (священники)  и левиты, к которым Иисус не принадлежал (по противоречивой генеалогии евангелий, он из рода Давидова, т.е. из колена Еуды). Тем более никакого меняльного дела и торговли жертвенными животными и птицами в Храме не велось: покупатели туда просто не попадали. В воротах между внешним и внутренним двором происходили встречи между паломниками и коэнами, принимавшими у паломников жертвоприношения для вознесения их на жертвенник во внутреннем дворе Храма. Понятно, что жертвенных животных и птиц необходимо было приобрести до приближения извне к воротам внутреннего двора. Иногда скот и птиц  приводили (приносили)  с собой, иногда покупали на месте. Место это было вполне определенное. Оно раскопано археологами Иерусалима, которые нашли там большое скопление костей и посуды, четко указывающее на нахождение рынка в культурном слое двухтысячелетней давности (времен 2-го Храма). Этот рынок находился под аркой напротив той части ограды внешнего двора, которая уцелела и называется сегодня Стеной Плача (См. материалы исследований Бейт-Давидсон и Института Храма). В те времена Стена еще не была святыней, и никому не мешало ее соседство с рынком, на котором естественным образом находились менялы и торговцы. Ненависть к этим двум профессиям выдает европейско-христианский культурный код, совершенно чуждый Востоку. Ведь менялы и торговцы не обвиняются тут в обмане или взвинчивании цен. Просто по роду занятий – «разбойники»! Вот почему коммунизм впервые победил на христианской земле: его комплекс понятий пришелся там ко двору. Кстати, памятное нам «Кто не работает, тот не ест!» является почти дословной цитатой из Павла. (Второе послание к фессалоникийцам 3:10). Работает ведь только пролетариат, рабочие и крестьяне…

     Следы обычных еврейских представлений о Мессии как реализаторе пророчеств нетрудно обнаружить в словах самого Иисуса: «И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царство Божие, пришедшее в силе» (Марк 9:11). Интересно было бы увидеть хотя бы одного из этих «не вкусивших смерти»… Идея удаляющегося в бесконечность «второго пришествия» неизбежно должна была возникнуть позже, как результат провала тогдашней реализации мессианских чаяний, однако сам Иисус, судя по этим словам, верил в их реализацию еще в своем поколении, иначе его самопровозглашение  Мессией не имело никакого смысла.

       Пророки – хронистичны, евангелия – дисхронистичны.

      «Слова Йрмияу, сына Хилкияу, … к которому слово Г-сподне было во дни Йошияу, сына Амонова, царя иудейского, в тринадцатый год царствования его.» (Иеремия  1:1-2).

      «В пятый год того месяца (того же года), он же пятый год изгнания царя Йояхина, было слово Г-сподне к Ехезкелю…» (Иезекииль 1: 2-3).

      Ничего подобного мы не находим в евангелиях. Они напоминают скорее вневременной фон, характерный для легендарно-мифического повествования. «Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн» (от Иоанна 1:6). «На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса…» (Там же, 1:29). «На третий день был брак в Канне Галилейской…» (Там же, 2:1). Географический ареал более - менее очерчен – от Иордана до Галилеи. С хронологией положение проблематичнее – какого месяца и какого года были эти три дня, высчитывается теологами очень косвенными способами, т.к. появление Иоанна следует сразу за сотворением света.

      На этом фоне возможны любые дисхронизации, т.е. сочетания лиц и событий, несовместимых на временной оси реальной истории, набор преданий разных эпох. Ирод (Хордус) действительно был параноидальным деспотом, но он жил до христианской эпохи,* и по исторической хронологии умер за десятки лет до прибытия в Иудею Пилата. На его счету действительно много «избиений» – начиная от  галилейских повстанцев и еврейских мудрецов и заканчивая членами собственной семьи, но вот «избиения младенцев» история не зафиксировала. Это вторичный перепев истории убийства еврейских младенцев фараоном, а до этого, согласно еврейскому преданию, младенцев Ура Нимродом. Эта история всегда сопровождает рождение спасителя, поэтому она и понадобилась авторам евангелия. Одинаковая канва чудесного спасения Авраама, Моисея, а вслед за ними и Иисуса призвана  подчеркнуть преемственность и важность последнего образа.

     Кормление огромной толпы немногими хлебами «скачано» из истории пророка Элиши (Елисея) в Книге Царств, оживление мертвых – из той же книги, из вершений пророков Ильи и Элиши, а упомянутое изгнание торговцев – из Книги Нехемьи (Неемии), изгнавшего из Иерусалима торговавших там в субботу иностранцев.

       Но не всегда перепевы проходят так гладко: «И случилось ему в субботу проходить засеянными полями, и ученики Его дорогою начали рвать колосья. И фарисеи сказали ему: смотри, что они делают в субботу, чего не должно делать? Он сказал им: неужели вы никогда не читали, что сделал Давид, когда имел нужду и взалкал сам и бывшие с ним? Как вошел он в дом Божий при первосвященнике Авиафаре и ел хлебы предложения, которые не должно было есть никому, кроме священников, и дал и бывшим с ним?» (Марк 2:23-26). Евангелие помещает и ссылку на 1-ую книгу Царств ( у нас – Шмуэля)  21:1-6. Память опять подводит или Иисуса, или его пересказчиков. Давид приходит там к первосвященнику Ахимелеху, а не к Эвьятару, который получит эту должность намного позже. Никаких «бывших с ним» при Давиде нет, он убегает один от Шауля (Саула), направляясь в Гат, а историю о якобы сопровождающих его людях придумывает для Первосвященника, чтобы не возбудить подозрений. Канва фабулы из ТаНаХа изменена здесь до неузнаваемости, и подобно сюжету, хромает и содержание сравнения. Давид спасает свою жизнь, убегая от смерти, и потому не может подготовить запас жизненно необходимой провизии. В таких случаях закон дозволяет есть то, что в обычной житейской ситуации запрещено. Ничего подобного с учениками Иисуса не происходит. Они нарушают субботу без всякой веской причины, просто потому, что не подготовились к ней, как положено, в пятницу.

       Дисхроничен фон упоминаний о царе Ироде (Хордусе). По Матфею, Ирод умер, когда Иисус был еще младенцем в Египте, а вместо него воцарился его сын Архелай. Лишь после этого родители перевозят младенца Иисуса из Египта в Галилею. Там он вырастает и через много лет после смерти Ирода принимает «крещение» (т.е. микву) у Иоанна. (Матфей 2:19-3:1):

    «По смерти же Ирода, - се, Ангел Господень во сне является Иосифу в Египте и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и иди в Землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца. Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришел в Землю Израилеву. Узнав же, что Архелай царствует в Иудее вместо Ирода, отца своего, убоялся туда идти; но получив во сне откровение, пошел в пределы Галилейские…В те дни приходит Иоанн Креститель и проповедует в пустыне Иудейской.»

       У Марка же (6:14-29) давно умерший по Матфею царь Ирод оказывается при взрослом Иисусе живым и здравствующим, и даже убивающим Иоанна Крестителя: «Ирод же (в 6:14 – царь Ирод) услышав (о деяниях уже взрослого Иисуса) сказал: это Иоанн, которого я обезглавил; он воскрес из мертвых» (Марк 6:16). Тот же Иоанн у Матфея начинает проповедовать лишь после смерти Ирода (см. выше).

      Сочетание данных текстов вряд ли вызовет доверие, а ведь именно их совокупность и есть то, что претендует на «божественную истину». Небезинтересно отметить, что миллиарды людей в течении двух тысяч лет принимали это как должное…

       У Марка (14:46-64) рассказывается о том, как Иисуса арестовали в Пасхальную ночь, привели в аппартаменты Первосвященника, судили и приговорили к смерти на основании самопровозглашения Мессией. Все в этом рассказе говорит об отсутствии элементарных представлений о еврейских обычаях и порядках. Еврейский религиозный суд не может заседать ночью (тем более в праздник). Ему запрещено собираться в частных аппартаментах, но только в общественном здании. Такой суд может вынести решение только на основании показаний свидетелей, самообвинение же ничего не значит в глазах еврейского суда, поскольку речь может идти о потенциальном самоубийце, который боится наложить на себя руки сам, подталкивая к этому судей. Мнение о том, что ты Мессия, может быть самым нелепым и необоснованным, но в этом нет состава преступления! Это поздняя добавка тех, кто уже не имел полного представления о еврейских законах и обычаях, но зато жаждал подкормить идеологию «замещения». В своде еврейских законов нет казни распятием. Это чисто римский обычай. Карает по-своему тот, кто судит. Мессия, царь Иудейский, угрожал римской власти над Иудеей (Эта угроза, как показала впоследствии история, была реальной. Бар-Кохба, которого принимали за Мессию, во втором веке н.э. разгромил целые легионы). Но римляне были господами мира, и нарождающейся церкви оказалось выгоднее свалить все на евреев в качестве обоснования их «замещения». (См. Еврейское право).

     В качестве предавшего апостола легенда выбирает именно персонаж по имени Иуда, созвучно с основным коленом, оставшимся от еврейского народа и давшим ему наименование  – иудеи. Так само имя народа было превращено в олицетворение предательства: как раз в этом и обвиняли евреев вплоть до Дрейфуса и «дела врачей».

      Галилея была местом стыковки еврейского и нееврейского населения, отсюда описаннное в евангелии стадо свиней, в которых переселились бесы. Самой распространенной языческой легендой была история богочеловека Геракла. Его отцом якобы был Зевс, а матерью – земная женщина. Геракл (или Геркулес) обладал невероятной силой, совершал великие подвиги, но был предан, погиб мученической смертью, и через это поднялся к своему отцу, небесному правителю, приобщившись к сонму богов. Трудно не заметить в истории Иисуса отголоски этого мифа в евреизированном варианте. Отсюда та легкость, с которой приняла «богочеловека» языческая масса. Он не так уж далеко отстоял от ее обычных представлений. В этом же кроется корень неприятия этой идеи евреями, особенно грамотным пластом народа, хорошо ориентирующимся в Писании и в основах веры.

 

* Вот краткая историческая хронология правления в Иудее:

С 37 г. до н.э. по 4 г. до н.э. - правление вассального Риму царя Ирода (Хордуса).

С 4 г.до н.э. по 6 г. н.э. -  правление его сына Архелауса.

С 6 г. н.э. по 41 г. н.э. - прямое правление римских наместников, включая Понтия Пилата, над Иудеей. Никакого иудейского царя в этот период не существует.

С 41 г. н.э. по 44 г. н.э. -  вассальное царство Агрипаса (внука Ирода).

С 44 г. н.э. - второй период прямого правления римских наместников.

 

Царь Ирод и Пилат действовали в разных столетиях, но были хотя бы реальными людьми. О Каифе и этого сказать невозможно, поскольку в списке Первосвященников эпохи Второго Храма такого имени нет.  

 


 

11. Немытые руки погрома

         

                 Вы думаете, что обычай избегать омовения рук и всего остального в средние века в христианских странах исходит от христианской идеи подавления греховного тела? Оказывается, он напрямую вытекает из текста  Евангелия. Евангелие, не ведая об этом, открывает нам истоки чумных погромов европейского средневековья. Они вспыхивали обычно после того, как косившая Европу эпидемия чумы «останавливалась у ворот гетто». Что, кроме «еврейских происков», могли усмотреть после этого в чуме возмущенные христиане?  А вот и объяснение: «Собрались к Нему фарисеи и некоторые из книжников, пришедшие из Иерусалима; И увидевши некоторых из учеников Его, евших хлеб нечистыми, то есть неумытыми руками, укоряли. Ибо фарисеи и все Иудеи, держась предания старцев, не едят, не омывши тщательно рук; И  пришедши с торга, не едят, не омывшись. Есть и многое другое, чего они приняли держаться: наблюдать омовение чаш, кружек, котлов и скамей. Потом спрашивают Его фарисеи и книжники: зачем ученики Твои не поступают по преданию старцев, но неумытыми руками едят хлеб?» (Марк 7:1-5). Нам с высоты микроскопа понятно, каким «колдовством» нередко спасали себя последователи еврейских мудрецов от той самой чумы, которая косила последователей Иисуса в Европе. Нам также ясно, каким образом немытые руки становятся причиной погромов.

 

12.  Замещение

 

                 Мы прекрасно понимаем, что есть немало хороших христиан, и помним, что имели место героические акты спасения евреев некоторыми из них. Мы называем их «праведниками народов мира» (см. «Книга спасения»), сажаем деревья в память о них, но это не меняет общую историческую картину. Сегодня трудно представить себе тяжесть положения евреев под властью средневековых фанатиков, убежденных в том, что их переводы ТаНаХа являются истиной в последней инстанции, которую евреи изучают на своем языке, но при этом злостно отказываются принять. Там ведь на каждом шагу «Дева», «Сын», «Христос-Владыка», пронзенные конечности  и пр.!  Парадокс еврейского отказа принять столь «очевидные» доказательства трудно было объяснить чем-либо, кроме дьявольского упорства «проклятого» народа-«богоубийцы», который в таком случае способен абсолютно на все.

                 У христианства не оставалось особого выбора. Требовалось либо признать свою неправоту перед изгнанными и гонимыми евреями,  либо объявить их исчадьями ада. Евреям приходилось на каждом шагу сталкиваться с унижениями, оскорблениями, высокомерными поучениями церкви, считавшей их своими пленными. Церкви требовался этот козел отпущения. Она боялась, что христианская вера выветрится из народа, что его не удержать докучливыми напоминаниями, лишенными почвы. Почвой христианства должны были стать попираемые евреи. Они – живое свидетельство триумфа «истинной» церкви над плененным врагом, унижение и избиение которого должно было поддерживать христианскую гордость за свою веру в распятого. Но эту сладкую месть «распявшему бога» народу необходимо было умерять, не доводить до конца, чтобы и на следующее поколение хватило. Церковь была дальновидной. Евреев выделяли позорной одеждой, третировали, дискриминировали, изгоняли с насиженных мест, грабили, насиловали, пытали, убивали. Они не могли ответить даже словом, чтобы не стало еще хуже. Та  53-я глава Исайи, в которой христиане усматривают еще одно указание на Иисуса, оказалась на самом деле потрясающим пророчеством о положении Израиля среди христиан. Скульптура П. Антокольского «Иисус», по-видимому, намекает именно на такое толкование еврейского ваятеля. «Минута ненависти»* работала безотказно, сплачивая христиан вокруг «религии любви». Обе крайности еврейских проявлений – от полной изоляции до предельной мимикрии – стали, в общем-то, естественным результатом страшной ситуации на протяжении долгих веков, оставивших в еврейской душе кровоточащие шрамы, не зажившие до сих пор.

                  Идеология христианства состояла в том, что церковь  - это «Новый Израиль», старый же Израиль не просто отпал, но превратился в антипод истины, в ее заклятого врага, в дьявола во плоти. Подсознательный гнет вторичности и комплекс самозванца требовали непрерывной агрессии по отношению к «замещенному», чтобы с помощью пинков по нему удостоверяться снова и снова в своей «избранности». Тысячелетия нагнетаемой ненависти, прорывавшейся время от времени в жуткие погромы, взыскали с еврейского народа миллионы замученных, сожженных, утопленных, зарезанных. Апофеозом ада стал Холокост, поголовно уничтоживший основную массу еврейского населения христианского континента, включая выкрестов, их детей и внуков. В Варшавском гетто был костел, предназначенный именно для этой категории евреев. Они были католиками, зачастую уже не в первом поколении. Еврейские обычаи, язык и культура были им совершенно чужды. Им было позволено до уничтожения участвовать в католической службе – но в гетто, отдельно от арийцев. Их конец был таким же, как и всего остального еврейства оккупированной Европы.

                 Без тысячелетней  психологической и практической подготовки населения идеологией «замещения», дегуманизацией, демонизацией и вампиризацией  еврейского народа - россказнями о распущенной евреями по колодцам чуме и кровавыми наветами (о крови христианских детей в маце) – такие масштабы массовых, организованных и систематических убийств были бы невозможны. Майданек, например, охранялся не лучшим образом, и многие военнопленные спаслись оттуда бегством, однако евреям даже бежать было некуда… Многие евреи думали, что у них больше шансов выжить в лагере, чем попав в руки враждебно настроенного населения.

                 В послевоенные годы в христианской литературе появились попытки пересмотра отношения христианства к евреям. Папа римский признал официально вину христианства за идеологическую подготовку Катастрофы. Однако новые концепции не могут затронуть основу христианской веры, не могут посягнуть на идею «замещения», поэтому они и не влияют на массовое сознание христиан, в котором глубоко укоренилось желание видеть еврея униженным.

                  Один из «праведников народов мира», голландец, спасший еврея во время Холокоста, вернул в музей Яд-ва-Шем свое удостоверение после победы Израиля в Шестидневной войне. Он мог помочь уничтожаемому еврею, победоносное же еврейство оказалось для его сознания нестерпимым.

                 Можно ли признать истинной религией ту, которая так поступала с беззащитными мужчинами, женщинами, стариками и детьми на протяжении двух тысячелетий своего существования? Как воспринимают переход в такую веру души растерзанных, сожженных и  утопленных предков? И как понимает это любой вчерашний душегуб? «Мы были абсолютно правы», - скажет он о своей вакханалии издевательств и убийств, - «ведь даже сами евреи переходят после этого на нашу сторону». Каин был прав!

 

*   «Минута ненависти» – выражение из романа Г. Оруэлла «1984».

 

13.  Под собственным очагом

       Есть подлинная хасидская история с глубоким подтекстом. Еврею Ицику из польского местечка стал снится сон о том, что под большим столичным мостом зарыт клад. В конце концов Ицик не выдержал и отправился на поиски сокровища. Он прибыл в гордую столицу, нашел величественный мост, но не мог ничего предпринять, поскольку мост охранялся. Начальник стражи обратился к нему и спросил, что он здесь делает. Ицик не заметил в нем враждебности, и решил поведать ему о своих снах. Выслушав его, начальник стражи рассмеялся. «Отправляйся домой и не верь глупым снам. Мне вот тоже часто снится сон, что в таком-то местечке у еврея Ицика под очагом зарыт клад. Так не бросать же мне свою службу, чтобы отправиться в местечко, где добрую половину евреев наверняка зовут Ицик!»  Ицик, выслушав это, возблагодарил Б-га, вернулся домой, разобрал свой очаг и нашел под ним большое сокровище. Он не только никогда больше не нуждался, но построил на избыточные средства красивую синагогу.

      Как часто нам приходится свой клад искать под чужими мостами!

Великие цивилизации  питаются отблесками того, что отпущено нам. Однако лишь от нас самих зависит, впустим ли мы в себя высшее благо. Никому больше не давалось ни подлинное откровение, ни настоящее пророчество. Нет ни другого вечного народа, ни иной вечной веры. Все остальное приходит и уходит, а мы остаемся. Величайшие религии мира – лишь искаженное подражание тому, что взято у нас. Стоит ли нам быть плагиаторами наших же эпигонов? 

      ТаНаХ предсказал нам то, чего не знал никто: Исход из Египта, общенациональное откровение на Синае, Завоевание Страны, построение Царства и Храма, возвращение из Вавилонского плена, победу над греческой сверхдержавой, великие восстания против Рима, рассеяние среди всех народов Земли и чудесное сохранение в изгнании, а теперь - собирание вновь  в нашей древней Стране.

      Как это ни странно, христианский сюжет тоже был реализован. В исторической реальности поносимым, гонимым, избиваемым, причисляемым к злодеям, распинаемым и убиенным оказался еврейский народ под властью христиан. Если добавить к этому «Израиль сын Мой, первенец Мой» (Исход 4:22) и учесть воскрешение нации на своей Земле (через три года после Холокоста), то получится довольно пугающая аналогия.  Исполнение пророчества Торы об изгнании «… и отторгнуты будете вы от земли, в которую ты вступаешь для владения ею. И  рассеет тебя Г-сподь по всем народам, от края земли до края земли» (Дварим - Второзаконие 28:63-64) и о сохранении евреев в рассеянии – христианство еще могло «проглотить», мотивируя это вечным наказанием за отказ евреев признать богочеловека.

     Однако исполнение пророчества о возвращении евреев в свою Страну из всех изгнаний: «Возвратит  Г-сподь Б-г твой изгнанных твоих и смилосердится над тобою, и опять соберет тебя из всех народов, среди которых рассеял тебя Г-сподь, Б-г твой. Хотя бы были заброшенные твои на краю неба, и оттуда соберет тебя Г-сподь, Б-г твой, и оттуда возьмет тебя, и приведет тебя Г-сподь, Б-г твой в землю, которою  владели отцы твои, и будешь ты владеть ею» (Второзаконие 30:3-5), - это самое великое и невероятное из всех пророчеств – христианство переварить уже не может. Это событие породило идеологическое «несварение желудка», острый кризис христианства. Выяснилась простая истина: Израиль был и остался тем же, и Завет Б-га с ним не изменен и не отменен, он живет и действует наперекор всему и всем, не обращая никакого внимания на «Новый Израиль» «Нового Завета».  Не к ним и не о них говорят слова вечной Торы! И если старый Завет вовсе не расторгнут и не отменен, если он живет и действует, возрождая Израиль на наших глазах, то куда же отнести Новый Завет и его адептов? «Стуком в дверь теологического чертога» называет раввин Й.-Д. Соловейчик создание государства Израиль. Оно подорвало концепции как средневековых, так и новейших теологов.  (Подробно - см. статью р. Соловейчика «Голос Возлюбленного стучит»  1950(?)).

 

14.  Дихотомия и выход из тупика

 

      Основная мировоззренческая проблема христианства состоит в том, что оно сливает вместе неслитное (Творца и творение) и рассекает то, что предназначено быть вместе (Человеческие дух и тело). Великолепие иудаизма состоит как раз в исправлении этих искажений. Бытие Вс-вышнего у нас – безусловный абсолют, в отличие от обусловленного и относительного творения. Гибридизация здесь невозможна, она источник мировоззренческого хаоса. И, наоборот, человеческие дух и тело изначально созданы Б-гом друг  для друга. Между ними есть противоречие, но оно преодолимо, и именно в этом преодолении – смысл нашей жизни, смерти и последующего воскрешения из мертвых. Великий образ Машиаха верхом  на белом осле поймет только тот, кто владеет ивритом.  «Материя» и «осел» на иврите - то же слово с иной огласовкой. Верховая езда на материи – это овладение ею, подчинение ее воле духа, а не ее умерщвление, проповедуемое христианством. Разумный всадник заботится о несущем его животном, а не издевается над ним. «Белизна» мессианского осла – это одухотворение материи изнутри, освящение ее с помощью исполнения Б-жественных заповедей в материальном мире материальным же телом, подчиненным воле ездока. Так низкое возвышается, облагораживается, и противоречие преодолевается не через убийство одного начала другим, а через плодотворное преобразование низкого высоким, через включение его в систему высшего мироздания. Отсюда много противоположных для двух религий выводов. Здоровая гармоничная семья у евреев – и идеал безбрачия у христиан, приводящий к своей противоположности -  к вседозволенности. Индивидуальная ответственность и работа над своим поведением и качествами, с одной стороны, – и полагание на индульгенции, евхаристии и тайны исповеди, с другой. Гармоничное сочетание личного и коллективного как двух сторон одной медали, - против метания между крайним индивидуализмом и тоталитарным абсолютным подчинением церкви или государству. Золотая мера разработанного законодательства, сдобренного милосердием – и неосуществимое в реальности всепрощение, трансформирующееся во вполне реальные и жуткие произвол и зверства (например, человеческие костры инквизиции, погромы и пр.).

       Эта неспособность найти золотую середину, эта склонность к неуравновешенным крайностям породила, в конце концов, противостояние цивилизаций, угрожающее разрушить мироздание.

Западный мир, плод позднего христианства, впал в крайний модернизм, требующий вседозволенности, декларирующий легитимность любых извращений. В этом мире каждая прихоть человека – высший закон, и никто ему не указ. В нем разрушается семья, подрывается самовоспроизводство поколений, стремительно истощаются жизненно необходимые ресурсы и гибнет окружающая среда, из которой мы черпаем все, вплоть до воздуха для дыхания. Уже сейчас мир модерны живет за счет притока человеческого пополнения и промышленного сырья из традиционалистского полушария. Если бы не приток свежего воздуха из окружающего Запад мира, он уже сейчас задохнулся бы в самом буквальном смысле слова. Так завязывается гордиев узел мирового конфликта. Традиционалистский мир, представленный в первую очередь исламом, видит в разрушении исконных моральных устоев идеалами модерны смертельную угрозу своему существованию. Он готов принять глобальное сражение. Чем оно закончится? По миру распространяется оружие массового поражения всех видов, и оно может оказаться в руках террористов или террористических режимов, движимых диким фанатизмом. А современная цивилизация, при всех ее достижениях, крайне уязвима. Когда-то люди брали воду из колодца или из реки, ездили на лошадях по бездорожью и жили среди природы, которая поставляла им все необходимое. Сегодня водопровод, энергоснабжение и дороги легко разрушить, а без них человек нежизнеспособен в каменных джунглях мегаполисов. Человечеству угрожает самая большая катастрофа после всемирного потопа.

      И вот тут-то камень, отброшенный строителями, должен стать краеугольным. Евреи, израильтяне, ненавидимые миром религиозные поселенцы Иудеи и Самарии представляют собой эмбрион примирения традиции и современной западной культуры, выхода из надвигающейся катастрофы, возврата к изначальным и в то же время вечно развивающимся и обновляющимся устоям бытия.

      Б-гу и сегодня, как во времена Авраама и Моше, требуется от нас роль первопроходцев, авангарда человечества, а не функция подражателей нашим же неудачным эпигонам, заведшим мир в тупик. Нам надо вывести его оттуда. И в глубине души другие народы ожидают от нас того же. 

Заключение

             

        В заключение приведем некоторые цитаты, относящиеся к нашей теме, из Торы, которую Вс-вышний передал отцам нашим на Синае:

“Ибо спроси о временах прежних, которые были до тебя, со дня, в который Б-г сотворил человека на земле, и от края неба до края неба: сбылось ли когда подобное этому великому делу, или слыхано ли подобное сему? Слышал ли народ глас Б-га, говорящего из среды огня, - как слышал ты, - и остался в живых? Или пыталось ли божество явиться взять себе народ из среды народа испытаниями, знамениями и чудесами, и войною, и рукою крепкою, и мышцей простертою, и ужасами великими, как все, что сделал для вас Г-сподь Б-г в Египте перед глазами твоими?  Тебе дано было видеть, чтобы ты знал, что Г-сподь есть Б-г, нет более, кроме Него». (Дварим –Второзаконие 4:32-35).

      В отношении еврейского народа сбываются самые небывалые пророчества. Мы уже упоминали о рассеянии среди всех народов земли и чудесном сохранении в изгнании, сбылось пророчество о возвращении Иерусалима, и свершился новый Исход. Кому должны мы завидовать и в какой столице искать клад? Наше сокровище – под нашим собственным очагом. Надо лишь вернуться к нему, чтобы не случилось с нами того,  о чем предостерегал Бялик:

 

…В кумир иноверца и в мрамор чужой

Вдохнете свой пламень с душою живой.

Что плоть вашу ели – еще не довольно?

Вы дух отдадите вослед добровольно!

Гордыне Египта крепя мавзолей,

Вмуруете в камни  своих сыновей.

Когда ж из темницы возропщут их души,

Крадясь под стенами, заткнете вы уши.

   

      Да не будет так с нами. Нас ждет воскресающий из небытия, собираемый из распыления народ. У нас есть расцветающая Страна и священный язык Б-га и пророков, который вновь, как древле, звучит в устах наших детей.

      Когда раббанит (жена раввина) Кук плыла со своим мужем в Эрец Исраэль, попутчица по кораблю, христианская монахиня, обратилась к ней с вопросом:

-         Зачем ты едешь в Святую Землю?

-         А ты зачем? – ответила раббанит вопросом на вопрос.

-         Как зачем? Там же гроб нашего бога!

-         А у нас там Живой Б-г.

 «Познай же ныне и положи на сердце твое, что Г-сподь есть Б-г на небе вверху и на земле внизу; нет другого» (там же, 4:39).

        «Да не будет у тебя богов других, кроме Меня. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху и что на земле внизу, и что в водах ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Г-сподь Б-г твой, Б-г ревнитель…»(там же, 5: 8-9).

      «Все, что я заповедую вам, бережно исполняйте, не прибавляй к тому и не убавляй от того. Если восстанет в среде твоей пророк или сновидец и представит тебе знамение или чудо, и появится то знамение или чудо, о котором он говорил тебе, чтобы сказать: «пойдем-ка за богами иными, которых ты не знаешь, и будем служить им», - То не слушай слов пророка того или сновидца того, ибо испытывает вас Г-сподь Б-г ваш, чтобы узнать, любите ли вы Г-спода Б-га вашего всем сердцем вашим и всею душою вашею» (Там же, 13:1-4).

       Наши отношения со Вс-вышнем непросты. В Песне Песней говорится: «потому что сильна, как смерть, любовь; тяжела, как преисподняя, ревность», и эту самую страшную ревность мы возбуждали не раз, после чего только страданиями или даже смертью можно было потушить гибельный пожар. Но та же беда нередко являлась испытанием, преодоление которого наделяло нас великой заслугой. Трудно перечислить подвиги подвижников Вс-вышнего, соблюдавших Его законы в мрачные времена коммунизма.*

       Так было всегда. Тысячи евреев во все века шли в огонь и в воду, чтобы не изменить Б-гу.* * Стоит особо отметить Рамбана, добровольно пошедшего на диспут с капуцинами. Он, можно сказать, вошел во львиную пасть и победил там в разгар средневекового фанатизма. Его книга «Диспут» - образец освящения имени Вс-вышнего.

        Начиная с египетских волхвов, чужие религии пытаются заманить к себе евреев  различными фокусами, исцелениями и «чудесами». Наша последняя цитата из Второзакония показывает, как надо относиться к этому. Даже выдуманный мыслеобраз стольких поколений тоже приобретает некоторую реальность. Б-г наделяет некоторой долей своих сил и противоположную сторону, чтобы наш выбор был основан на любви к Вс-вышнему, а не только на почитании Его мощи. Особо следует отметить ловцов еврейских душ, маскирующих церкви под «синагоги» с «субботними»  молитвами, талесами и магендовидами, однако под этой рекламной оберткой кроется все то же полуязыческое поклонение человеку, абсолютно запрещенное евреям. Таковы «мессианские евреи» или «Евреи за Иисуса», маскирующие христианство под «иудаизм».

      Дай Вам Б-г с честью выйти из испытания  и вернуться с духовной чужбины к себе домой.

 

* См. книгу  р. Ицхака Зильбера «Чтобы ты остался евреем»,

 сборник Э. Матлиной «Из прошлого к настоящему», книгу  Д. Шехтера «В краю чужом» и др.

 

* * См. Ф. Кандель «Очерки времен и событий» 1988  с.106-107.

 

Рекомендуемая литература:

-         Рамбан (Нахманид) «Диспут Нахманида»

-         Евгений Левин «Евреи о христианстве и Исусе из Назарета» (сборник статей)

-         Хрестоматия «Христианско –Иудейский диалог»

-         Иоэль Шварц «Законы потомков Ноя»

-         Рик Гальперин «Выбери жизнь»

-         Пинхас Полонский «Евреи и христианство»

-         Форум «Евреи и христианство» на сайте machanaim.org.


Опубликовано 04.05.2007

Ответить

вверх

Рейтинг@Mail.ru rax.ru: показано число хитов за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня